40 витязей в белом квадрате

Празднование 8 марта в Киргизии спровоцировало затяжной конфликт между ЛГБТ и консерваторами
Радужный флаг на шествии в Бишкеке. Фото с сайта Kloop.kg

8 марта в Киргизии неожиданно оказалось бурным. Все началось с того, что местные феминистки анонсировали марш в защиту прав женщин, который они организуют в этот праздник ежегодно. Но неожиданно против марша взбунтовалась организация «Кыргыз Чоролору» («Кырк чоро»), ратующая за сохранение традиционных ценностей. Ее членов особо возмутило участие в акции защитников прав ЛГБТ (лесбиянок, геев, бисексуалов, трансгендеров). Мэрия и ГУВД Бишкека замешкались, не зная, на чью сторону встать. В итоге марш собрал больше участников и участниц, чем в прошлые годы. После марша противостояние организаторов и «Кырк чоро» продолжилось, и теперь киргизские СМИ пестрят материалами на неафишируемые ранее темы.

Свобода без денег

Киргизия, пожалуй, самая общественно и политически активная страна Центральной Азии. Здесь свободно действует множество разнообразных религиозных движений, беспрепятственно практикуют сторонники сомнительных методов народной медицины, критика законодательства быстро приводит к его исправлению… Чиновник на уровне министра легко может лишиться должности после скандала в соцсетях, премьер-министр оказывается в следственном изоляторе, а президент — в изгнании. В общем, Киргизия — это не та страна, которой подходят определения «стабильность» и «предсказуемость».

Киргизским феминисткам и защитникам прав ЛГБТ тоже никто не мешает создавать общественные организации, высказывать свое мнение, проводить акции. Всеми этими правами они активно пользуются. Но при этом нельзя сказать, что Киргизия избежала проблем ущемления прав женщин, характерных для всего Центрально-Азиатского региона. Дело в том, что вышеописанными преимуществами свободы располагают не только феминистки, но и их идейные противники — а их в Киргизии пока гораздо больше. Мало в какой стране мог бы столь широко распространиться обряд «похищения невесты» (ала качуу), имеющий все признаки уголовного преступления. Где еще милиционеры, узнав о похищении человека и (иногда) изнасиловании, будут сочувственно вслушиваться в рассказы подозреваемого о каких-то там народных традициях?

А еще в Киргизии крайне ограничены возможности государственного бюджета. Чиновники с большим трудом и без особого успеха выгадывают средства даже на исполнение базовых обязанностей государства — таких как поддержка образования и здравоохранения. Поэтому свобода киргизского общества кончается там, где начинаются бюджетные затраты. Хотите выйти на митинг и заявить, что женщинам нужна защита от домашнего насилия? Всегда пожалуйста, ведь это бесплатно. Внедрить образовательные программы, открыть кризисные центры, модифицировать систему социальной защиты? Ну, попробуйте обратиться за грантами в международные организации.

Бедность оказывается фатальной для женщин и на уровне отдельной семьи. Если люди ведут хозяйство по принципам, недалеко ушедшим от XIX века, семейный уклад тоже не имеет шансов прорваться в XXI век. Попробуйте рассказать о гендерном равенстве женщине, которая возит домой воду на осле, и ее мужу, который зимой обороняет село от волков. Уровень образования, доступный в полуразвалившейся сельской школе, также не способствует развитию прогрессивных взглядов. Девочки и мальчики в такой ситуации могут ориентироваться только на пример родителей и односельчан, поэтому они вырастают, женятся и идут возить воду и отстреливать волков.

Дамы, на марш!

Чтобы лучше понимать происходящее сегодня, вспомним марш феминисток, состоявшийся в Бишкеке 8 марта 2018 года. Состав организаторов — тот же самый: движение «Бишкекские феминистские инициативы», объединение девушек с ограниченными возможностями «Назик кыз», ЛГБТ-организация «Лабрис». Участницы призывали к равноправию полов и прекращению насилия над женщинами. Присутствовали на транспарантах и надписи в защиту трансгендеров и гомосексуалов. Проведению акции никто не мешал, и потому о ней быстро забыли.

До последнего ожидалось, что в 2019 году в Бишкеке состоится нечто подобное. Однако 6 марта дело начало принимать иной оборот. Организаторы внезапно сообщили, что мэрия решила запретить шествие. В ответе мэрии на уведомление о марше говорилось, что в этот день в городе запланированы некие иные мероприятия в честь Международного женского дня. Параллельно в ГУВД Бишкека организаторам сказали, что активисты «Кырк чоро» обещали устроить провокации на марше. В связи с этим в ГУВД заявили, что не уверены в способности милиционеров обеспечить безопасность акции. Милиционеры рекомендовали организаторам хотя бы отказаться от поддержки ЛГБТ.

Организованный феминистками марш в Бишкеке. Фото с сайта Kaktus.media

Запрет вызвал бурю в соцсетях и СМИ, и уже через несколько часов мэрия пересмотрела свое решение. Но дело было сделано: теперь марш интересовал уже не только узкий круг людей, сочувствующих феминистским идеям. Из дежурного праздничного мероприятия марш превратился в истинно протестную акцию, подстегнутую свежим примером ущемления прав.

В ГУВД Бишкека зря заранее спасовали перед «Кырк чоро» — на поверку марш состоялся без происшествий. Однако участвовали в нем около 400 человек — гораздо больше, чем в прошлые годы. И, по свидетельству опрошенных «Ферганой» наблюдателей, лозунги в поддержку ЛГБТ были куда заметнее, чем раньше. Присутствовал даже знаменитый радужный флаг, который является всемирным символом ЛГБТ-сообщества. В «Кырк чоро» немедленно заявили, что под видом «женского марша» в Бишкеке прошел самый настоящий гей-парад.

Это только начало

В последующие дни обстановка начала накаляться. Активисты «Кырк чоро» потребовали отставки мэра Бишкека Азиза Суракматова, который допустил проведение мероприятия. Они пожаловались на мэра и организаторов марша в прокуратуру. Мэр ответил, что сама акция была законной, хотя некоторые использованные на ней лозунги можно оценить как провокационные. Участница марша Надира Масюмова тем временем подала заявление в милицию, пожаловавшись на угрозы со стороны «Кырк чоро» и потребовав обеспечить всем участникам марша круглогодичную охрану. В «Кырк чоро» в ответ возразили, что намерены бороться с феминистками и ЛГБТ лишь законными методами. Юрист организации Зарыл Джумагазиев подчеркнул, что его брезгливое отношение к феминисткам не позволяет не то что угрожать им, но даже ехать с ними в одном лифте.

12 марта директор кризисного центра «Шанс» Елена Ткачева заявила, что 1 мая в Бишкеке пройдет новый аналогичный марш. «В этот день к нам присоединятся и работницы. Все, кто принимал участие 8 марта, тоже смогут принять участие, в том числе ЛГБТ. Мы говорим о правах всех женщин. Поэтому не надо делать на ЛГБТ особый акцент», — сказала Ткачева. В «Бишкекской феминистской инициативе» корреспонденту «Ферганы» сообщили, что к организации этого марша они отношения не имеют. Иными словами, акция 1 мая будет на ту же тему, но с другими организаторами.

А 13 марта члены «Кырк чоро» провели в Бишкеке свой митинг. Они потребовали привлечь к ответственности организаторов марша и чиновников мэрии, а также законодательно запретить пропаганду ЛГБТ. По словам активистов, в случае невыполнения этих требований они готовы «пойти на крайние меры». В митинге у здания мэрии приняли участие около 30 человек, а затем примерно половина из них направилась к Белому дому.

В Жогорку кенеше (парламенте Киргизии) некоторые депутаты начали обсуждать происходящее, а коллега Дастан Бекешев стыдливо их одернул. «В Европе, если представители молодежи поедут и покажут стенограмму нашего заседания, им начнут предоставлять убежище. На международном уровне ведь опозоримся», — предупредил депутат. Он предложил просто закрыть этот вопрос и не создавать поводы для получения представителями ЛГБТ грантов на защиту своих прав. Но вскоре митингующие дошли до Белого дома и передали старшему консультанту отдела приема писем свои требования в письменном виде. Обращение на имя спикера парламента, премьер-министра и президента должно быть рассмотрено в течение 14 дней.

Активисты "Кырк чоро" общаются с прессой у мэрии Бишкека. Фото с сайта Kloop.kg

Руководитель идеологического отдела «Кырк чоро» Уран Рыскулов в беседе с «Ферганой» заявил, что видит в проведении марша нарушение сразу нескольких статей Конституции — о поддержке народных традиций и обычаев, о признании семьи основой общества, о важности уважения к старшим и заботы о близких. Касательно угроз в адрес организаторов марша Рыскулов заявил, что у «Кырк чоро», наоборот, есть видео, где женщины нападают на лидера организации Замира Кочорбаева. Эти материалы будут предъявлены следователям. «Но отмечу, что если кто-то из наших членов нападет на женщину, будет немедленно исключен из наших рядов. У кыргызов нет такого, чтобы мы женщин обижали», — подчеркнул Рыскулов. В ближайшее время мы опубликуем более подробное интервью с представителями организации.

На фоне всех этих событий СМИ наводнились не только отчетами о противостоянии организаторов марша и «Кырк чоро», но и пояснениями о сути трансгендерности, заметками о тяжелой судьбе келинок (невесток), неутешительной статистикой об уровне занятости женщин, разъяснениями о связи феминизма и ЛГБТ… В общем, за эти дни среднестатистический кыргызстанец узнал о правах женщин и ЛГБТ гораздо больше, чем если бы просто краем глаза увидел на улице каких-то людей с плакатами. Вряд ли это то, чего добивались активисты «Кырк чоро». Но, кстати, кто это такие и чего они в принципе добиваются?

Сорок витязей

Название организации «Кырк чоро» заимствовано из киргизского эпоса «Манас». Там этим словосочетанием именуются сорок витязей, входящих в состав дружины богатыря Манаса. В самой организации утверждают, что она была основана в 2010 году. Замир Кочорбаев озвучивал целую поэтическую легенду на эту тему. «8 августа 2010 года в ресторане "Дасмия" собралась группа джигитов. Они отправились на Алтай. Было отобрано по одному представителю из сорока кыргызских племен. Я отправился от племени саруу. Собрались сорок представителей всех районов Кыргызстана и отправились на Алтай — место рождения нашего предка Манаса. Мы заботились вопросами, как кыргызскому народу на равных сосуществовать с соседними странами, как сохраниться. Мы своими глазами увидели, как исчезают алтайские кыргызы. Не знают своей истории, происхождения, разрушена культура. Мы пришли к выводу, что исчезнем, если последуем их путем. По возвращении в Кыргызстан я лично инициировал создание организации "Кырк чоро"», — рассказывал он.

Однако в СМИ «витязи» стали регулярно упоминаться в 2014-2015 годах. Тогда «Кырк чоро» описывали как «группу мужчин от 25 до 40 лет, которые проводят рейды в увеселительных заведениях столицы, принадлежащих иностранцам, и вылавливают тех, у кого просрочены документы, а заодно и местных девушек, которые "обслуживают" приезжих».

Замир Кочорбаев в ответ на вопросы журналистов в феврале 2015 года заявил, что «Кырк чоро» зарегистрирована в Минюсте, у нее есть устав и печать. По словам Кочорбаева, организация заключила меморандумы о сотрудничестве с Госкомитетом национальной безопасности, МВД, прокуратурой и рядом министерств. Согласованным решением этих ведомств «Кырк чоро» в 2013 году выделили офис на проспекте Чуй. Правда, когда журналисты попытались уточнить информацию в перечисленных ведомствах, те свое сотрудничество с сомнительной организацией опровергли. И на рейды в увеселительных заведениях милиция реагировала без особого восторга — порой доходило до возбуждения уголовных дел.

Кочорбаев в свою очередь демонстрировал журналистам меморандумы, где было написано, что его соратники обязуются сотрудничать с государственными органами. Критики заявляли, что такие бумаги нельзя ставить выше закона, а значит — они не могут оправдывать проведение рейдов. «Правильно, закон стоит выше. Меморандум — документ о взаимопонимании. Но как граждане Кыргызстана мы обязаны помогать госорганам в рамках законов», — отвечал Кочорбаев. В ответ на вопрос о финансировании лидер «Кырк чоро» заявлял, что много денег на их деятельность не требуется, а зарплату они не получают. Поэтому организация не нуждается во внешнем финансировании. «Люди из власти нас поддерживают, но без афиширования. В разговоре тет-а-тет говорят, что поступаем мы правильно», — добавлял он.

Источники газеты «Вечерний Бишкек» в январе 2019 года объявили, что упомянутые «люди из власти» — не кто иной, как Алмазбек Атамбаев, который занимал пост президента Киргизии в 2011-2017 годах. В утверждения о бесплатной работе источники не поверили. «Конечно, средства идут не напрямую и не всем членам организации. Но вот что их финансируют — это однозначно», — заявляет один из собеседников газеты.

Меж двух президентов

Так что к сторонникам традиционных ценностей за поддержкой обратился бывший президент, ныне довольствующийся скромной должностью главы Социал-демократической партии Киргизии (СДПК)? Пожалуй, не все так просто. С одной стороны, действительно — «Кырк чоро» появилась именно во времена Атамбаева. В 2016-2018 годах она напоминала о себе лишь крайне редкими акциями. А с конца 2018 года, в разгар конфликта Атамбаева с преемником Сооронбаем Жээнбековым, «Кырк чоро» вдруг вновь стала широко обсуждаться в СМИ. С другой стороны, повод для этого оказался довольно специфическим.

В декабре 2018-го и в январе 2019 года в Бишкеке прошли сразу три крупных митинга против китайской экспансии. СМИ сообщали, что один из них организовал «лидер "Кырк чоро" Аманбол Бабакулов». Впоследствии появилось уточнение — оказывается, Бабакулов успел посотрудничать и с «Кырк чоро», и с другой общественной организацией – «Жаны муун». В «Кырк чоро» после митинга сказали, что Бабакулов не имеет отношения к их движению, а в «Жаны муун» заявили, что антикитайские акции являются его частной инициативой. В итоге в СМИ стала появляться противоречивая информация — кто-то писал, что за антикитайскими акциями стоит «Кырк чоро», кто-то — что организация опровергла свое участие. «Фергане» представители «Кырк чоро» пояснили, что они устраивали митинги 20 декабря и 7 января, а к митингу Бабакулова, состоявшемуся 17 января, отношения не имеют.

А вскоре после всей этой истории было объявлено, что «Кырк чоро» — проект Атамбаева. Не может ли это быть попыткой дискредитации опального экс-президента? Подозрения вызывает даже иллюстрация к статье «Вечернего Бишкека» об «атамбаевском следе» в антикитайских митингах. Это коллаж из портрета Атамбаева, агрессивных всадников в ак-калпаках (киргизский национальный головной убор) и горы долларовых купюр. Издание слишком уж навязчиво старается донести до читателя мысль о том, что «бывший президент на грязные западные деньги привлек к политической борьбе националистов».

Некоторые источники, наоборот, считают «Кырк чоро» противниками Атамбаева. Они указывают, что именно члены этой организации обеспечивали порядок на проведенном осенью 2018 года курултае, участники которого поддержали Жээнбекова и осудили Атамбаева. Впрочем, стоит отметить, что такой расклад сил был зафиксирован лишь по итогам обсуждения. В анонсе мероприятия говорилось, что участники планируют «подвести итог года, когда Сооронбай Жээнбеков руководил страной», а также обсудить «вопросы о политической оценке экс-президента Алмазбека Атамбаева». Никаких указаний на то, кого именно в итоге поддержат, а кого — осудят.

В общем, точно можно сказать только одно: активность «Кырк чоро» напрямую связана с политической борьбой в самых высших эшелонах власти. Темы китайской экспансии, прав женщин и ЛГБТ лишь разменная монета в этой борьбе. Однако вернемся к тем, для кого два последних пункта — не повод прорваться к власти, а реальная (и порой очень нелегкая) повседневная жизнь.

Нетрадиционный Кыргызстан

В Кыргызстане, как и в других странах Центральной Азии, насчитывается немало лесбиянок, гомосексуалов, бисексуалов и трансгендеров. Однако они по понятным причинам соблюдают строгую конспирацию. Конечно, ярче всего это проявляется в Узбекистане и Туркменистане, где однополые связи между мужчинами до сих пор считаются уголовным преступлением. В Киргизии же с 2004 года существует организация «Лабрис», которая открыто борется за права ЛГБТ. Но сама история ее создания и деятельности демонстрирует, насколько сильна в стране дискриминация этих людей.

Все началось с того, что в 2004 году из бишкекского кафе выгнали двух девушек, позволивших себе прилюдный поцелуй. После этого инициативная группа представителей ЛГБТ стала проводить регулярные встречи и выпустила журнал, в котором рассказывались истории проживающих в Кыргызстане лесбиянок. Активисты начали организовывать группы поддержки, нашли лояльного к ЛГБТ психолога, стали контактировать с журналистами. В 2006 году «Лабрис» был официально зарегистрирован — правда, лишь как организация, борющаяся за права уязвимых групп женщин.

В 2008 году «Лабрис» впервые подвергся давлению. Трое милиционеров ворвались в помещение, где проходило одно из мероприятий. Они провели обыск и пригрозили арестовать всех, у кого не окажется документов. Впрочем, особых последствий это не возымело. «Лабрис» продолжал работу и в 2010 году перерегистрировался как организация по поддержке ЛГБТ. В 2011 году у движения появилось собственное здание: его приобрели на средства американского и голландского благотворительных фондов, а также на частные пожертвования. В 2013 году «Лабрис» инициировал создание Коалиции за равенство, справедливость и недискриминацию, в состав которой вошли другие правозащитные организации.

В 2014 году ситуация обострилась. В Жогорку кенеш был внесен законопроект, запрещающий распространять информацию об ЛГБТ, то есть, по сути, призванный поставить «Лабрис» вне закона. Организация развернула широкую кампанию против этого проекта. В апреле 2015 года двое неизвестных бросили во двор «Лабриса» бутылки с зажигательной смесью. Резко выросло количество угроз и нападений на представителей ЛГБТ-сообщества. В мае 2015 года на заседание «Лабриса» ворвались члены двух организаций — «Калыс» и пресловутой «Кырк чоро». Они угрожали активистам и оскорбляли их.

Законопроект тем временем так и не был принят или отклонен, он остается в подвешенном состоянии до сих пор. В 2016 году члены «Лабрис» и их соратники из «Кыргыз индиго» (ЛГБТ-организация, зарегистрированная в 2010 году) разрисовали Бишкек граффити с призывами отклонить проект и в целом соблюдать права ЛГБТ. Мэрия закрасила граффити белым — и «белый квадрат» в итоге стал символом ЛГБТ-движения Киргизии. «Более 1000 представителей ЛГБТ-сообщества в Бишкеке и соседних регионах, а также люди, охваченные через онлайн-платформы, теперь знают, что по белому квадрату можно узнать и определить человека с нетрадиционной сексуальной ориентацией», — отмечается в исследовании организации Stonewall, опубликованном в 2018 году.

Активист с флагом ЛГБТ-движения на шествии в Бишкеке. Фото с сайта Kloop.kg

В январе 2017 года активисты добились принятия важного официального документа — утвержденного Минздравом Руководства по оказанию медико-социальной помощи трансгендерным, транссексуальным и гендерно неоформленным людям. С тех пор киргизские медики могут узнать, как общаться с такими пациентами, не нарушая их права. Однако давление на ЛГБТ продолжалось. Несколькими месяцами позже, в июне, был закрыт единственный в Бишкеке ЛГБТ-клуб «Лондон». Хозяин помещения прервал договор аренды после того, как в клуб ворвались около тридцати агрессивно настроенных молодых людей. Перед этим «Лондону» на протяжении двух лет приходилось трижды менять адреса. Владельцы заведения заявили, что, несмотря на чувство ответственности перед клиентами, больше не могут вести бизнес в таких условиях.

Один из посетителей прощальной вечеринки в «Лондоне» в беседе с радио «Азаттык» заявил, что связывает закрытие клуба все с тем же залежавшимся в парламенте законопроектом. По его словам, до 2014 года никто не знал о киргизских ЛГБТ, и им жилось спокойнее. А из-за накала страстей вокруг законопроекта их начали преследовать.

В начале 2019 года «Лабрису» пришлось временно отменить мероприятия в своем тренинговом центре, потому что семья одного из активистов, как утверждают в организации, начала давить на ЛГБТ-сообщество с привлечением Госкомитета нацбезопасности. Но довольно скоро конфликт удалось урегулировать, и к началу марта мероприятия возобновились. 6 марта «Лабрис» отпраздновал свое 15-летие… А двумя днями позже состоялся резонансный марш.

Радужный флаг вместо мимозы

Почему 8 марта 2019 года в Бишкеке неожиданно оказалось скорее «днем гомосексуалов и трансгендеров», нежели «женским днем»? Пожалуй, это связано с тем, что всем — от активистов «Кырк чоро» до журналистов и читателей СМИ — интереснее говорить о довольно небольшой и экзотической доле населения, нежели о половине граждан страны, чьи права повседневно ущемляются. В случае с ЛГБТ ситуация довольно проста: надо или позволить им жить так, как они хотят, или же ущемлять их и изгонять из общества. Остается лишь встать на одну из сторон и развлечь себя пылкой дискуссией.

Но что делать с «похищениями невест», с избиваемыми женами, с жертвами изнасилований, которые боятся обратиться в милицию из-за «уята» (позора)? Как быть с консервативными семьями, где муж может не позволять жене устроиться на работу или пойти учиться, потому что по традиции никто, кроме нее, не должен наливать чай домочадцам? И главное — как бороться за права женщин в стране, где немалая доля самих женщин ни за что не прикоснется к чайнику, если в доме имеется расторопная келинка? Все это — вопросы настолько глобальные и сложные, что уже перешли в категорию вечных… а значит, скучных.

Феминистка, участница марша 8 марта Жанна Араева в интервью «Фергане» подчеркнула, что марш все же проходил под знаком борьбы за права женщин и основным его посылом стал протест против любого рода насилия в отношении женщин. По словам Араевой, активисты «Кырк чоро» попытались использовать мероприятие «для каких-то личных политических заявлений».

«Своими действиями они перенесли основные акценты марша на идеи, которые абсолютно не преследовались проведенным нами мероприятием, — посетовала феминистка. — Мы все вышли на марш в знак солидарности в борьбе за свои права — права женщин. Но, к сожалению, из множества лозунгов и заявлений по какой̆-то непонятной причине были выделены только определенные из них, в результате чего важность марша была искусственно нивелирована».

При этом Араева не считает, что представители ЛГБТ не должны были участвовать в марше. «Половина ЛГБТ-сообщества — тоже женщины, и права женщин, естественно, их касаются так же, как и других женщин в нашей стране, вне зависимости от сексуальной ориентации. В то же время они испытывают большее количество дискриминаций, и этот марш для них важная площадка», — пояснила она.

Араева полагает, что представители «Кырк чоро», скорее всего, намеренно допустили подмену понятий с целью дискредитации деятельности феминисток и для привлечения к себе внимания. С другой стороны, она не исключает, что идеологические противники просто неумело подошли к сбору информации о мероприятии. «После открытых угроз лидера "Кырк чоро" в прямом эфире Пятого канала в адрес одной из организаторов марша нашими активистками было подано заявление в органы правопорядка. Я очень надеюсь, что это дело будет доведено до логического конца, и представители этого движения будут юридически наказаны за свои агрессивные действия и высказывания», — заявила Араева. Она отметила, что «Кырк чоро» склонны выбирать слабых противников, они не направляют свою активность против насильников или коррупционеров.

Впрочем, Араева признала, что нет худа без добра. «В этом году к нашей большой радости участников на марше было гораздо больше, чем в предыдущие годы. Отчасти благодаря движению "Кырк чоро": заявление о том, что они попытаются сорвать марш, стало хорошим мотиватором для многих неравнодушных», — заявила она.

Напоследок мы спросили, как женщина в Кыргызстане делает выбор, кем стать — покорной келинкой или феминисткой. По мнению Араевой, в первую очередь это вопрос личного выбора, причем на фоне высокого уровня насилия в отношении женщин и повсеместного сексизма выбор кажется очевидным. Однако активистка признала, что важную роль играет и образование, и экономическая составляющая. «Надо понимать, что насилие над женщинами в нашей стране не только физическое, сексуальное, психологическое, но и экономическое», — подчеркнула она. Иными словами, мы возвращаемся к тому, с чего начали: свобода без финансов мало что значит. А депутаты тем временем не только не пытаются добиться бюджетных вливаний в эту сферу, но и говорят о международных грантах меньшинствам как о позоре и неудобстве, которого стоит избегать.

  • В Алма-Ате 10 июня задерживали несогласных с итогами президентских выборов и тех, кто попал под руку

  • Политолог Досым Сатпаев – о том, почему победа Токаева на выборах может оказаться пирровой

  • В поисках причин массового отравления фастфудом в Ташкенте

  • Сакральные места Узбекистана, очерк третий. Шейх Зайнаддин и народный календарь